Гречишников Василий Алексеевич - Герой Советского Союза

Командир первой торпедно-минной эскадрильи капитан Гречишников проводил с личным составом разбор только что закончившегося боевого вылета. И тут его пригласили в штаб.

— Вот в этом районе, полковник Преображенский показал место на карте, — немцы со­средоточили большие силы и теснят наши передовые части. Они рвутся через Западную Двину. Ваша задача—нанести внезапный массированный удар.

Капитан Гречишников поднял свою эскадрилью в воздух. Шли на предельной высоте, прячась между слоями туч. Такая туманная дорога была самой лучшей, чтобы подойти к цели менее за­метными. И опытные летчики хорошо использовали ее. Поэтому удар с воздуха нашей эскадрильи для немцев на этот раз явился неожиданным. В результате они понесли большие потери. Более 300 автомашин, 50 танков, много другой техники и орудий фашистов превратились в груду ме­талла. Сотни вражеских солдат остались навсегда на левом берегу Западной Двины. Продвижение отборных мотомеханизированных частей фашистского вермахта было парализовано и приоста­новлено на несколько суток.

Так начинала боевой путь в Великой Отечественной войне первая торпедно - минная эскадрилья Краснознаменного Балтийского флота, которой командовал капитан Василий Алексеевич Гре­чишников. В авиацию он пришел вместе со старшим братом по призыву комсомола восемнадца­тилетним пареньком. Учился в гражданской школе летчиков. После успешного окончания ее получил назначение на Балтику. Здесь совершенствовал уже свое мастерство как военно-морской летчик. В период зимней военной кампании с белофиннами получил боевое крещение, за три месяца совершил 44 боевых вылета. На счету молодого летчика были два потопленных вражеских корабля, десятки разбитых танков, множество разрушенных дотов и других важных укрепленных объектов противника. Мужество и отвагу его Родина отметила высокой наградой: Василий Алексеевич был удостоен ордена Красного Знамени.

И вот теперь двадцативосьмилетний капитан Василий Гречишников вступил во вторую войну, в схватку с оголтелым немецким фашизмом. Перед ее началом он был в отпуске, отдыхал в тихом белорусском городишке Петрикове. Туда и пришла телеграмма из трех слов: «Срочно прибыть часть». В день его возвращения в подразделение, 21 июня 1941 года, поступил приказ: «Полк привести в боевую готовность». А через сутки самолеты один за другим взмывали в воздух, уходили на запад выполнять боевые задания.

Капитан Василий Гречишников, поднимая эскадрилью на земле нашего края, водил ее на штурм передовых позиций противника и в его тылы. Он поддерживал наши сухопутные войска в наступлении и обороне, ставил минные заграждения у входов во вражеские порты, бомбил немецкие военно - морские базы в Данциге, Кольберге, Штеттине. Вот краткие записи тех лет, боевой дневник командира эскадрильи:

«13 июля 1941 г. Бомбил вражеский караван судов, лично утопил два транспорта.

июля 1941 г. Ставили банки (морские мины) в устье Западной Двины.

июля 1941 г. Вылетал дважды на поддержку наших наземных войск в районе Осьмино».

В многотомнике «Истории Великой Отечественной войны 1941 — 1945 гг.» есть такие строки, относящиеся к боевым делам капитана Гречишникова: «В ночь на 8 августа группа бом­бардировщиков ДБ-3 авиации Балтийского флота под командованием полковника Е. Н. Преобра­женского, вылетевшая с острова Саарема, произвела первый налет на Берлин».

Короткое сообщение об этом, переданное по радио в августе тяжелого сорок первого, было не только радостной вестью об успехе нашей авиации. Бомбардировка Берлина имела большое военно - политическое значение. Ведь еще в июле Геринг на весь мир хвастливо кричал, что ни одна русская бомба не упадет на столицу третьего рейха. Группа бомбардировщиков полковника Е. Н. Преображенского, в составе которой был и капитан В. А. Гречишников, убедительно разоблачила лживые утверждения гитлеровской пропаганды о том, что советская авиация немцами уничтожена полностью.

...В тот августовский день было по-летнему жарко. Солнце палило даже тогда, когда склонялось к закату. Под его багряными лучами на аэродроме шла тщательная подготовка самолетов к дальнему перелету. Техники еще и еще раз проверяли моторы, штурманы придирчиво осматривали приборы. Оружейники и стрелки пополняли боекомплекты, размещали коробки с пулеметными лентами, подвешивали бомбы.

Точно в назначенное время, в 21 час, поднял в воздух свой самолет полковник Преображенский. За ним устремились остальные машины. В числе их был и тяжелый бомбардировщик капитана Василия Гречишникова.

Курс—на Берлин. Шли на максимальной высоте, машину со всех сторон обступала мутная об­лачность. Кислородные маски и стекла очков покрывались морозной коркой. Ничего нельзя было рассмотреть ни вверху, ни внизу. Василий посмотрел на своего штурмана Александра Власова, по лицу которого струился холодный пот. Такие же капли он ощущал на своем лице и смахивал их тыльной стороной ладони. От недостатка кислорода начинало темнеть в глазах, к горлу подсту­пала тошнота. Однако спускаться ниже было нельзя, потому что нельзя было рисковать. И капитан вел самолет точно тем курсом, который прокладывал штурман.

На высоте шесть тысяч метров прошли Штеттин. Погода стала еще хуже. Приборы показывали за бортом 54 градуса мороза. По металлу самолета, будто шрапнель, застучали крупные градины. Са­молеты «проваливались» в воздушные колодцы, к невидимой чужой земле.

Перед подходом к Берлину обступавшая все время серая облачность внезапно разорвалась. На го­ризонте показалось зарево, постоянный спутник ночных городов. Это был Берлин.

Без десяти час с высоты семи тысяч метров наши летчики уже смотрели на распластанный внизу, точно спрут, город. Полковник Преображенский условными знаками дал самолетам сигнал: «Ра­зойтись по заранее намеченным целям!»

Повел на свою цель машину и капитан Гречишников. Весь сосредоточенный, он крепко сжимал штурвал и вел машину к указанному месту.

Сквозь стекла кабины его взгляд уловил, как где-то в стороне засверкали вспышки беспорядочных (выстрелов немецких зениток, а следом за ними по небосводу поползли лучи прожекторов. Но те­перь уже ничто не могло остановить наших. Самолет Гречишникова приближался к цели.

Приготовиться! — скомандовал капитан.

В этот момент Берлин замер, мгновенно погрузившись в кромешную темноту ночи.

Опоздали, — прошептал Гречишников, еще крепче сжимая в руках! штурвал, и крикнул: — Бомбы!

Машину на мгновение подбросило: тяжелый груз отделился от нее и стремительно полетел вниз.

Пробежали секунды — и землю осветило зарево взрывов. Они вспыхивали теперь то там, то тут по всему городу. Все самолеты удачно сбросили свой смертоносный груз на фашистское логово.

Выполнив задание, группа бомбардировщиков по сигналу командира легла на обратный курс. Радист самолета полковника Преображенского послал открытым текстом радиограмму: «Мое место Берлин! Задачу выполнил! Возвращаюсь на базу».

Когда солнце коснулось первыми лучами щетины елей, обступавших аэродром, все машины группы Преображенского благополучно приземлились. Участников полета теплыми объятиями встречали друзья. Командиру подали телеграмму, в которой Москва поздравляла летчиков-балтийцев с успешным выполнением задания. Только фашистская пропаганда не нашла ничего другого и объявила в это утро, что минувшей ночью группа английских самолетов пыталась бом бить Берлин, но на подступах к городу была рассеяна, англичане потеряли шесть самолетов. Но в тот же день Англия дала опровержение этому вымыслу фашистов.

13 августа 1941 года вся наша страна узнала имена отважных летчиков-балтийцев, летавших бомбить Берлин. Пяти человекам, в том числе и капитану Гречишникову. присвоили звание Героя Советского Союза. Золотую Звезду № 613 Василию Алексеевичу вручили перед очередным боевым вылетом. Всего он девять раз летал бомбить фашистскую столицу.

... Осенью 1941 года, форсировав реку Волхов в районе Грузино, немцы устремились на Тихвин, ставя своей целью замкнуть второе кольцо блокады Ленинграда. Капитан Василий Гречишников и его штурман старший лейтенант Александр Власов получили задание нанести удар противнику, вклинившемуся в нашу оборону.

Это было 24 октября. Боевые друзья подняли машину и пошли на цель. По лесной дороге ползла длинной лентой колонна немецких танков. Гречишников развернул самолет, вышел на цель, и бомбы полетели в скопление техники врага. Но на выходе из атаки машина героя попала в плотную полосу зенитного огня. Кроме того, с двух сторон его атаковали вражеские истребители. Один из снарядов угодил в мотор самолета Гречишникова, и он вспыхнул. Опытный воздушный боец понимал, что дотянуть до своего аэродрома не удастся. И отважный летчик принял последнее решение: он направил горящий самолет на вражескую танковую колонну. В небо взметнулись столб огня и куски металла.

Так летчик-балтиец капитан Василий Гречишников, спустя четыре месяца после подвига Николая Гастелло, повторил его, защищая наш край.

Сейчас на месте гибели летчика. Героя Советского Союза В. А. Гречишникова установлен обелиск. Пройдут века, но в памяти народной навсегда сохранятся имена тех, кто отдал жизнь за наше пра­вое дело, за свободу и независимость Родины.

В городе Петрикове на Гомелыцине, откуда уезжал в июне 1941 года на службу из неудавшегосл отпуска капитан Василий Гречишников, живут его жена и дочь. Дочь Валентина работает учительницей.

Калинин, М. Крылья героя // Новый путь. – 1971. – 19 августа, 20 августа. – С. 3,4.


МБУ «Бокситогорский межпоселенческий культурно-методический центр»
© 2018