Из истории Бокситогорского района

Наш Бокситогорский район расположен в интересном с исторической точки зрения месте. С незапамятных времен здесь проходил торговый путь, связывающий Балтику с Поволжьем. Позже, с 1811 года, стала работать Тихвинская водная система. Начинается она у Рыбинского водохранилища, проходит по рекам Чагода, Горюн, Соминка, Валчина. Далее трехкилометровый канал соединяет ее с Тихвинкой и Сясью. Следующий участок — приладожские обходные каналы и река Нева—связан с Мариинской и Вышневолоцкой водными системами.

Мне хочется порекомендовать юным следопытам избрать туристскую тропу по нашему району — от Вожаней до Тихвина. Изучить эти места, восстановить все интересное (особенно историю строительства шлюзов). Ведь шлюзы строили крепостные крестьяне многих губерний. Подробно узнать и написать о делах в близлежащих совхозах, о людях хороших, сделать фотоснимки живописных и памятных мест.

В предлагаемом очерке приведены лишь некоторые эпизоды из истории нашего края, использованы старинные сказания, дошедшие до наших времен.

При подготовке очерка автор прошел от Вожаней до Тихвина пешком, использовал исторические и архивные материалы.

ДЕЛАГАРДИ

В начале семнадцатого века в России обострилась классовая борьба, участились стихийные выступления крестьян против крепостного гнета. Этим воспользовались польские феодалы, захватив часть русских земель. В 1605 году они заняли Москву. Русский царь Василий Шуйский обратился за помощью к шведскому королю, чтобы тот помог ему изгнать захватчиков. Но шведы воспользовались  этим приглашением для того, чтобы осуществить давно задуманный план захвата северо-западных районов Русского государства.

Весной 1609 года на нашу землю вступило пятнадцатитысячное шведское войско, занявшее территорию севернее Москвы. Его штаб разместился в Новгороде. Командовал этими войсками Делагарди.

Шло время. Шведский командующий и не собирался бороться с польскими феодалами. Он по указанию своего короля осуществлял планы захвата русских земель. Сам Делагарди из Новгорода не выезжал, а своих воинов направлял в близлежащие города и села наводить «порядок». На редкость для высоких скандинавцев, Делагарди был маленького роста, толстый, длинные, до колен, руки висели, как плети. Огромная голова, уз­кий лоб, который нависал на маленькие водянистые глаза, почти закрытые от людей густыми рыжими бровями. Усы и окладистая борода разделялись узкими темными губами.

Ему было за пятьдесят.

Делагарди очень любил париться в котле и есть мясо. Во дворе штаба, на искусно сделанных металлических лапах, стоял огромный чугунный котел. Внутри котла — корытообразный деревянный настил. Личный лекарь командующего клал в «корыто» пучок желтой травы, привезенной из Швеции, накрывал его хвойными ветками. Воины ставили к котлу лестницу, по которой не спеша взбирался обнаженный Делагарди. Затем ставили еще лестницы, и воины деревянными бадьями быстро заливали котел холодной водой. Тем вре­менем специалист раскладывал под котлом огонь. Когда командующему вода затапливала бороду, воины убирали лестницы, уже охваченные языками пламени. На заостренный деревянный шест повар насаживал большие куски заранее сваренного мяса, поджаривал их на костре и подавал хозяину. Тот цепкими пальцами хватал горячий кусок мяса, и огромная волосатая ручища тотчас же исчезала в котле. Очередной кусок подавался тогда, когда из котла летела на головы зевак обглоданная кость.

Насытившись вдоволь, Делагарди начинал стонать. Сначала тихо, потом, по мере нагревания воды в котле, он выл страшным басом, нагоняя жуть на окружающих. Видевшие эту картину впервые усердно крестились...

Пока Делагарди отсиживался в Новгороде, русский народ поднялся на борьбу против иноземцев. В октябре 1612 года народное ополчение под руководством Козьмы Минина и Дмитрия Пожарского освободило от поляков Москву. Появилась возможность начать борьбу и против шведских оккупантов, которые не хотели уходить с русской земли.

МАТВЕЙ ВОЖАН

Шли дни, месяцы, а гонцы в Новгород не являлись. Тем временем восставшие против шведов тихвинцы разошлись по деревням, расположенным по берегам Тихвинки и Соминки, и подняли крестьян на борьбу со шведами. Своим предводителем мужики избрали соминского лесоруба Матвея Вожана.

Матвею было не более тридцати лет. На впалых щеках всегда играл румянец. Лоб высокий, с залысинами, чуб русый, кудрявый. Широко открытые голубые глаза придавали лицу особую симпатию. Любил Матвей лес, особенно березовый. По весне он пил холодный березовый сок, снимавший усталость. Но больше всего Матвей любил детей. Он всегда ходил к хозяину договариваться, чтобы взяли ребят на заготовку леса (стаскивать в кучи ветки и сжигать их). Крестьяне в деревнях жили бедно: питались ягодами, грибами, у неко­торых была корова. Хлеба всегда не хватало.

В февральские морозы шла заготовка леса неподалеку от Чагоды. Матвей на дровнях с подсанками возил бревна. Мальчик лет десяти большой деревянной лопатой расчищал снег для бревен. Когда Матвей подвез бревна, он увидел на снегу обледенелые следы босых детских ног.

— Что это, Витя? Мальчик молчал. На его глазах задрожали крупные слезы.

— Зарабатывает кусок хлеба, шельмец. Ну, еще раз побежишь? — предложил оказавшийся рядом хозяин.

Мальчик потер кулачком глаза, искоса посмотрел на Матвея.

В два раза больше дам хлеба. Ведь сожрал же тот хлеб, шельмец,  а говорил: мать голодная, больная... Ну, вон до той березы и обратно!

Глаза мальчика засверкали каким-то отчаянным блеском. Он сбросил лапти и босиком побежал по насту, проваливаясь, падая, вновь взбирался на загрубевший от мороза снег и бежал. Матвей кинулся за ним. Нагнал он Виктора у самой березы, распахнул полушубок, взял мальчика на руки.

— Что же ты делаешь, глупенький?! Прячь в шубу ножки!

— Я побегу обратно, а то не отдаст хлеб.

— Отдаст! — решительно сказал Матвей.

Мальчик, сидя на полушубке Матвея, онучами вытирал кровь с порезанных настом ног. Хозяин бросил мальчику кусок хлеба.

— Как договаривались: туда и обратно — целая, а только туда — кусок.

Вот так, шельмец.

— Отдай хлеб! — сурово сказал Матвей.

— Ты что за приказчик?

— Отдай, тебе говорят! — наступал Матвей.

А хозяин шел на него: «Тебе-то какое дело? Выгоню!» Матвей с размаху ударил хозяина наотмашь так, что со­болиная шапка полетела в одну сторону, а хозяин в другую.

— Еще добавить?

Хозяин понял, что шутки плохи, и бросился наутек.

... Глубокая осень 1613 года. Солнце не показывалось больше недели. Злой ветер качал мохнатые верхушки елей. Моросящий дождь не прекращался. Последние ржавые листья срывал злой ветер с берез.

Увязая в топком болоте, воины Делагарди приближались к деревне. К этому времени связные передали последнюю команду Матвея Вожана.

У околицы шведов встретили по праздничному одетые жители. Девушки на вышитом полотенце поднесли им хлеб и соль. Старший, лихо подкрутив кончики пшеничных усов, принял хлеб и соль, дал команду воинам построиться и с песней войти в деревню. Шведов было так много, что староста предложил для «удобства» ночлега часть воинов препроводить в соседнюю деревню Сомино. Старший охотно согласился и половину отряда лично повел в соседнюю деревню.

До полуночи кутили шведы в двух русских деревнях, запивая вкусный ужин хмельной брагой.

Солнце было уже высоко, когда мужики покрыли дерном два свежих холма, под которыми навеки уснули воины Делагарди.

— Пусть быстрее бурьяном зарастут их проклятые могилы! — сказал Матвей Вожан.

С тех давних пор прошло много времени. На холме, где была штабная землянка, выросла деревня с названием Калитки. Калитки по-местному — ржаные пироги, начиненные картошкой. Считали, что жители этой деревни умеют лучше других готовить пироги-калитки.

Лет полста тому назад местный крестьянин Михаил Васильевич Осокин копал погреб и... провалился! Старик Осокин был смелым и находчивым человеком. Он не терялся при встрече с медведем один на один, но, провалившись сквозь землю, вскрикнул. Старуха открыла дверь в сенцы, где муж копал погреб, и ахнула: кудлатая голова виднелась где-то глубоко в темной яме.

— Что смотришь? — сердито закричал Осокин. — Подавай лестницу.

Старик с трудом выбрался из ямы.

Из Сомино и других сел люди шли посмотреть осокинский «погреб». В яме были найдены истлевшие бревна. Тогда-то и вспомнили рассказы стариков о том, что здесь, под этим холмом, давным-давно размещалась пар­тизанская землянка-штаб.

Шацкий, В. От Вожаней до Тихвина // Новый путь. – 1973. – 16 октября. – С. 3. 19 октября. – С. 2.


МБУ «Бокситогорский межпоселенческий культурно-методический центр»
© 2019